Мир приближается к рождаемости ниже уровня воспроизводства?
Рождаемость снижается практически во всех регионах мира, а число стран с показателями ниже уровня простого воспроизводства населения продолжает расти. По оценкам авторов исследования Terra Incognita: The Economics of a Shrinking World, уже в 2026 году мировой суммарный коэффициент рождаемости мог впервые опуститься ниже уровня, необходимого для замещения поколений. Фонтанка.ру публикует комментарии и исследования демографов о снижении мировой и российской рождаемости и причинах этого снижения.
Снижение рождаемости уже не ограничивается Европой и Восточной Азией: низкие показатели фиксируются в странах Латинской Америки, Юго-Восточной Азии и на Ближнем Востоке. На этом фоне прогнозы динамики численности мирового населения также заметно различаются. ООН ожидает, что население планеты достигнет максимума примерно в середине 2080-х годов, тогда как авторы Terra Incognita предполагают значительно более ранний пик – около 2056 года. Одновременно будет меняться возрастная и территориальная структура населения: доля пожилых - увеличиваться, а все большая часть рождений - приходиться на страны Африки. Россия также следует общемировому тренду снижения рождаемости, однако отечественные исследования показывают, что причины текущей динамики и возможности ее изменения с помощью демографической политики требуют более детального анализа.
Исследователи Международной лаборатории исследований населения и здоровья НИУ ВШЭ Евгений Андреев, Елена Чурилова, Ольга Родина и Кирилл Чертенков обращают внимание, что текущие показатели рождаемости следует интерпретировать осторожно. Суммарный коэффициент рождаемости в России в 2024 году - около 1,4 ребенка на женщину - действительно низкий, однако в 1993–2006 годах он опускался еще ниже. При этом за первые 24 года XXI века снижение показателя по сравнению с предыдущим годом наблюдалось только в девяти случаях. Годовой коэффициент чувствителен к изменениям календаря рождений: экономические кризисы, пандемия или введение новых мер поддержки могут побуждать семьи откладывать рождение ребенка или, напротив, реализовывать свои планы раньше, существенно меняя показатель конкретного года без сопоставимого изменения итогового числа детей. Поэтому исследователи предлагают учитывать рождаемость не условных, а реальных поколений женщин. У женщин, родившихся с конца 1970-х до начала 1980-х годов рождения итоговая рождаемость, то есть, число рожденных за репродуктивный период детей, не снижалась, а росла. Одновременно увеличивалась доля бездетных женщин, но этот процесс компенсировался ростом доли женщин с двумя и тремя детьми, что указывает на определенную поляризацию репродуктивного поведения.
Авторы также анализируют возможности изменения рождаемости с помощью демографической политики. Они отмечают, что пока неизвестны примеры специальных стимулирующих мер, которые обеспечивали бы значительный и устойчивый долгосрочный эффект. Даже востребованные меры поддержки способны увеличить рождаемость лишь в относительно ограниченных пределах – примерно на 0,1–0,2 рождения на женщину, а часть наблюдаемого эффекта может быть связана с переносом уже запланированных рождений на более ранний срок. По этой же причине исследователи критически оценивают идею «омоложения» рождаемости. Хотя после 2015 года снижение годового коэффициента в России во многом происходило за счет сокращения первых рождений у женщин младше 30 лет, для более молодых поколений не обнаружено устойчивой связи между возрастом рождения первенца и итоговым числом детей. Следовательно, более раннее материнство само по себе не гарантирует роста итоговой рождаемости и при этом может повышать риск бедности семей с детьми и их зависимость от социальной поддержки. Исследователи предлагают рассматривать семейную политику шире – как создание условий, позволяющих семьям реализовать желаемое число рождений, снизить риск бедности после появления ребенка и совмещать родительство с занятостью.
Еще один аспект демографических изменений связан со сближением моделей репродуктивного поведения в российских регионах. Стажер-исследователь Международной лаборатории исследований населения и здоровья НИУ ВШЭ Павел Кишенин проанализировал данные пяти переписей населения – с 1979 по 2021 год. Его расчеты показывают, что различия между регионами по моделям рождаемости постепенно сокращаются. По оценке Павла Кишенина, даже территории, которые сегодня отличаются сравнительно высокой рождаемостью, не обязательно сохранят это положение в дальнейшем. Для части таких регионов исследователь допускает риск развития «восточноазиатского сценария»: быстрого перехода от относительно высокой к очень низкой рождаемости. Это означает, что существующие региональные различия могут продолжать сокращаться, а нынешние регионы-лидеры по рождаемости через одно поколение способны приблизиться к общероссийским показателям.
Директор Института социальной политики НИУ ВШЭ Лилия Овчарова обращает внимание и на изменение самих условий, в которых россияне принимают решение о создании семьи и рождении детей. За последние 20 лет вырос возраст, который считается подходящим для создания семьи, а значение возрастных норм, напротив, снизилось. Помимо материального положения и жилищных условий, все большую роль играют наличие партнера, состояние здоровья, возможность совмещать работу и уход за ребенком, доступность детских садов и других социальных сервисов. По мнению Лилии Овчаровой добиться перелома в динамике рождаемости можно лишь при системных изменениях, повышающих благополучие семей.
Полный текст статьи о глобальном снижении рождаемости опубликован по ссылке.
